Мои близкие знакомые хорошо знают, что в сомнительных для меня случаях я всегда проверяю те или иные продукты маятником. И, как пришлось не раз убеждаться, мой маятник никогда меня не обманывает. Поэтому, когда Юрий Федорович Надысев предложил мне принять чайную ложку своего минерально-микроэлементного состава плазмин с ферраном, я, конечно же, решила проверить эту смесь маятником. Маятник, завращавшись по часовой стрелке, показал, что мне это — полезно. И я выпила. Раствор оказался соленым на вкус, но вполне приемлемым для потребления. И здесь увидела, что Юрий Федорович и Сергей Петрович как-то странно переглядываются, а на их лицах застыло неподдельное удивление. Когда я спросила их, в чем дело, они ответили, что этот раствор — концентрированный, и его обычно пьют в соотношении — 1 ч. ложка на 200 мл кипяченой очищенной воды. И только тогда, когда в организме зафиксирован явный дефицит микроэлементного комплекса. Можно пить этот разбавленный водой раствор и в качестве профилактики, из расчета 1 ч. ложка в 2 недели. Поэтому их реакция и была такой необычной: они знали, как я внимательно сейчас отношусь к своему организму, и, как позже выяснилось, успели обсудить мои возможные проблемы. Все мои книги они давно прочитали и сделали вывод, что я сама себя намеренно ограничиваю в продуктах питания. Действительно, я доверяю только маятнику, который постоянно ношу с собой. Маятник вообще у каждого человека — строго индивидуальный, его нельзя никому передавать, так как он отслеживает только организм хозяина. И маятник меня никогда не подводил. Надысев с Куренковым объяснили мне, что маятник помогает мне выбирать только ту пищу, какая необходима моему организму в текущий момент времени. И я недополучала с пищей очень многого, о чем не всегда задумывалась. (Этому способствовали еще два момента. Во-первых, не всегда было достаточно денег или времени на приготовление разнообразных блюд. И, во-вторых, зная, как скромно питаются многие наши люди, мне бывает просто неловко, когда я пишу о том, что сегодня в рацион моего питания входили: киви, богатые йодом, куриная грудка или грецкие орехи.) Я всегда старалась максимально предупредить возможное заражение, поэтому основное внимание обращала на гигиену питания. Они же полагают, что если в организме накоплен высокий потенциал иммунитета, то заражения просто не произойдет. А повысить возможности иммунитета, по их мнению, можно только одним способом: обеспечив организм в максимальной степени всем «сырьевым материалом», из которого и строится иммунитет. Они уверены, что иммунитет определяется возможностью организма человека оперативно вырабатывать антитела — «разновидности лейкоцитов, отличающихся спектрами изотопов входящих в их состав микроэлементов», как написано в книгах Сергея Петровича. Это его мнение многие врачи, пользующиеся рекомендациями Куренкова для собственного оздоровления, стали воспринимать как практически доказанное на самих себе. (Не отвергая важности «сырьевого материала», считаю, что не очень полезно и даже вредно для организма держать его иммунитет в постоянном напряжении. Уж физики-то, к которым относится Сергей Петрович, должны знать, насколько опасно перенапряжение, которое однажды может привести к полному разрушению.) У официальной медицины — другое мнение: понятие «антитела» даже еще окончательно не сформулировано, так как имеется много вопросов о механизме появления антител. Надысев с Куренковым — инженеры по образованию, поэтому они подошли к решению проблемы механизма формирования иммунитета с позиций применения законов общей физики (Природы) в организме человека. Они разработали систему «обязательных групп микроэлементов», которая наглядно показывает, какие именно микроэлементные составы должны приниматься заболевшим человеком при его заболевании. Сергей Петрович сгруппировал все болезни, распределив их на семь «ступенек лестницы, ведущей вниз», а Юрий Федорович создал для каждой «ступеньки» определенный вариант микроэлементно-минерального состава — плазмина. Меня они потчевали так называемым «базовым» плазмином, предназначенным для поддерживания иммунитета на самом высоком уровне. То есть — самой мощной его разновидностью. Поэтому они так и удивились, когда я выпила его целую ложку, не запив водой. На столе было несколько видов сала, много свежей зелени, вино и водка. Сергей Петрович пил водку, Юрий Федорович — кубанское вино, а закусывали оба — салом. Я вообще не ем сало, а спиртное употребляю очень редко: в последний раз пила 1,5 года назад. Как только сели за стол, я, извинившись перед хозяевами и сказав, что нахожусь в стадии излечения своей щитовидной железы, проверила маятником, что мне можно есть. Маятник показал, что сало мне не подходит. Но как только я выпила 2 ст. ложки плазмина с ферраном, маятник вдруг показал, что мне сало не просто можно, но и — нужно. Попробовав несколько видов сала в виде бутерброда, я пришла к выводу, что его можно есть, и ела почти с удовольствием, согреваясь мыслью о его полезности. Юрий Федорович предложил попробовать вино. И мой маятник показал, что вино мне — тоже можно. Доверяя маятнику, я попробовала вино. Оказалось, действительно, вкусно. Вот такую «революцию» в моем организме произвели плазмин с ферраном. Меня предупредили, что теперь мне потребуется выпить большое количество воды, так как организм будет сам ее запрашивать. И верно — маятник показал, что я должна выпить несколько стаканов воды. Я никогда раньше не пила так много воды за один присест, но выпила, сколько потребовалось, и чувствовала себя очень комфортно. Юрий Федорович объяснил мне, что плазмин поспособствовал нормализации солевого состава плазмы моей крови, ферран ускорил обменные процессы и повысил уровень иммунитета, а вода в таком большом объеме потребовалась для того, чтобы обеспечить нормальное течение редокс-реакций. Вот так я на собственном опыте убедилась в эффекте непосредственного влияния плазмина с ферраном на мой организм. Юрию Федоровичу 66-й год. Но на его голове не осталось ни одного седого волоса — шевелюра темная и густая. Работоспособности, активности и жизненной энергии этого человека позавидуют многие тридцатилетние. Спит он не более 6 часов в сутки, всегда бодр, подтянут, никогда не унывает и никогда не сидит без дела. «Все лекарства от старости, — смеется Надысев, — сделаны его собственными руками». А Сергей Петрович Куренков прямо говорит, что без практического использования изобретений Юрия Федоровича он никогда бы не достиг своих запредельных показателей уровня иммунитета. И свои открытия в области биологии и медицины он никогда бы не сделал, не проверяя и не подтверждая их применением на себе препаратов, изготовленных Юрием Федоровичем Надысевым. Они не просто дружат — они поставили перед собой задачу поправить мировую медицину в ее взглядах на функционирование человеческого организма. То, что они делают, — научный подвиг, который никогда не заканчивается. Так глубоко, как они, мне кажется, еще никто не проникал в механизмы обеспечения жизнедеятельности человека. И они, как настоящие ученые, всегда проверяют действие препаратов, созданных Юрием Федоровичем, только на себе. Лишь убедившись, что прием препарата не вызывает никаких негативных побочных эффектов, Юрий Федорович может позволить себе предложить его друзьям и хорошим знакомым. Но не как препарат, а исключительно как... угощение. Его многочисленные друзья — медики высокого ранга в своей специализации, однажды попробовав, постоянно просят «добавки про запас». Но парадокс ситуации в том, что патентование препаратов Надысева каждый раз непростительно долго затягивается. Причина — формальное отсутствие у него официально признанного диплома о медицинском образовании. Надысев и Куренков образованы скорее энциклопедически, поэтому они заявляют, что медицина — это только малая часть биологии, которая, в свою очередь, является лишь частью Физики. И слово «Физика» для них всегда пишется с большой буквы. Ю. Ф. Надысев согласен с мнением С. П. Куренкова, что «в аптеках представлены только яды» и что вся деятельность аллопатической медицины направлена лишь на снижение иммунитета человека при любом заболевании. Про гомеопатию и говорить нечего: все гомеопатические препараты — «целевые яды», в задачу которых входит формирование иммунитета на возможное заражение воздействием именно конкретного яда. Потому что каждый паразит — возбудитель болезни — всегда вырабатывает в результате своей жизнедеятельности отходы, являющиеся ядовитыми для человеческого организма.