Комментарий Т. Я. Свищёвой к книге доктора В. И. Кривоноса

Свой комментарий я начну с конца книги доктора Кривоноса, где он высказывает свое мнение относительно природы нынешней болезни недавно скончавшегося экс-президента США Рональда Рейгана. На протяжении последних 10 лет жизни этот когда-то могущественный человек страдал от своей «неизлечимой» болезни, лишившей его интеллекта и способности трудиться на благо страны. О болезни Альцгеймера, которой, судя по сообщениям средств массовой информации, страдал Р. Рейган, я коротко рассказала в своей работе «Лечение» из цикла «Панацея от рака, инфаркта, СПИДа». Вот небольшая цитата: «В бытность Рейгана президентом его постигло несчастье — был поставлен диагноз: рак прямой кишки. В госпитале ВВС больному удалили опухоль, а затем лечили иммуностимулятором... Лечение экс-президента, преимущественно направленное лишь на новообразование — снизу, вызвало миграцию трихомонад и сопутствующих им микробов вверх, к голове. В результате этого через несколько лет произошел рецидив заболевания, теперь уже отразившегося на работе головного мозга и приведшего к угасанию жизнедеятельности организма... Поставленный диагноз гласит: болезнь Альцгеймера».

Онкологи описывали явление миграции так называемых опухолевых клеток во время проведения операций по удалению раковых опухолей. И об этом мною рассказано в работе «Импотенция, бесплодие и...» из цикла «Таинственный убийца». А миграция громадных амебовидных трихомонад в процессе проведения курсов облучения и химиотерапии зафиксирована в цветных фотоснимках моего «Атласа клеток крови и паразитов человека». И в то же время разделяю уверенность доктора Кривоноса, что «в сценарии развития болезни Альцгеймера^1,2 львиную долю играет именно токсоплазма». Дело в том, что головной мозг для трихомонад, как и для токсоплазм, — привычное место обитания. Однако локализация трихомонад там имеет ограничения. На пример, когда сами они, оказавшись зараженными вирусами, раздражающими их изнутри, переходят в агрессивную амебовидную форму и начинают поедать богатую холестерином миелиновую оболочку, покрывающую нервные цилиндры, и тем вызывает неизлечимое заболевание: рассеянный склероз. Что касается болезни Альцгеймера, приводящей к маразму, и болезни Паркинсона, то здесь трихомонады и токсоплазмы действуют практически одновременно — в сотрудничестве и соперничестве — с разным перевесом сил, повышая вирулентность друг друга и ускоряя развитие патологического процесса. При этом трихомонады, предпочитая стенки сосудов, образуют в их просветах тромбы и бляшки, вызывая развитие атеросклероза. Тем самым вызывается сужение кровеносного русла и снижение питания мозга. А токсоплазмы, как правило, поражают и разрушают нервные клетки, подкорковые узлы головного мозга, всю центральную нервную систему. Однако часто при этих заболеваниях, особенно на стадии маразма (распад психической деятельности), выявляют и некоторые формы опухолей, которые, естественно, состоят из трихомонад. Могут там обнаружиться и кисты гельминтов. А вот синдром Дауна — это выраженный преимущественно врожденный токсоплазмоз, хотя при анализах препаратов крови и всестороннего обследования больных можно будет обнаружить как трихомонад, так и множество других видов паразитов и сопутствующей болезнетворной микрофлоры.

И еще доктор Кривонос отмечает: «...Поэтому неудивительно, что после онкологического процесса у Рейгана токсоплазмоз проявился в сокрушительном поражении нейронов головного мозга». А мне хотелось бы напомнить, что после хирургического удаления опухоли у Рейгана прошло достаточно много лет (после него президентами США были Джорж Буш-старший, Билл Клинтон, Джорж Буш-младший), и он дожил до преклонного возраста, а вот наши больные, пережив подобные операции, не живут так долго, поэтому трудно судить, какие последствия могли бы их ожидать, и является ли болезнь Альцгеймера обязательной после удаления опухоли на прямой кишке.

И, тем не менее, в данном случае «сокрушительное поражение нейронов головного мозга» произошло. Как я полагаю, дело состоит в том, что при хирургическом удалении новообразования под глубоким наркозом происходит еще большее ослабление организма больного. А последующее применение иммуностимуляторов, хотя и помогло временно активизировать иммунитет и приглушить болезнь, которая так и осталась невылеченной, поскольку был удален лишь один обнаруженный конгломерат ее возбудителей, но при этом были израсходованы значительные резервы защитных сил. В результате со временем после возвращения президента к очень насыщенной трудовой деятельности, а затем выхода в отставку, что не обошлось без стресса, поскольку Рональд Рейган заслуженно претендовал на третий срок правления, произошло дальнейшее ослабление организма и активизация возбудителей болезни. При этом многие трихомонады (и сопутствующая микрофлора), направившиеся во время лечения и удаленные участки, менее доступные воздействию лекарств, то есть в данном случае в голову, вполне могли встретиться с обитающими там токсоплазмами. А встреча двух паразитов-антагонистов повышает их взаимную вирулентность и патогенность. Все это и способствовало стремительному развитию грозного заболевания головного мозга со всеми известными последствиями.

А это значит, наши медики должны, наконец, обратить внимание на игнорируемых сейчас многочисленных возбудителей современных болезней и заняться организацией их выявления и ликвидацией на фоне укрепления иммунитета больных. Но еще лучше — созданием профилактической медицины.

И последнее замечание по данному вопросу. Доктор Э. С. Самойлова, о методиках лечения которой я не однажды рассказывала в своих работах, сейчас, как она сама говорит, лечит не болезни, а самого человека. Это специалист широкого профиля не только по роду своей лечебной деятельности, но и по образованию. Закончив медицинский институт, она вначале работала врачом-диетологом, позднее переквалифицировалась на гинеколога и уролога. Но был момент и ее трудовой деятельности, когда Самойлова была и патологоанатомом и патоморфологом. В то время, а это было начало 1970-х годов, она под руководством известного профессора В. Белецкого готовила кандидатскую диссертацию по теме «Врожденный токсоплазмоз». При этом ей приходилось анатомировать много погибших детей с врожденными уродствами. Аспирантка готовила и окрашивала препараты ткани различных органов и, прежде всего, головного мозга. Но при этом токсоплазмы микроскопически не обнаруживались. Видимо, это очень удивляло и ее руководителя — профессора, по словам которого, в 1930-е годы токсоплазмоз был весьма распространен.

А у меня из всего этого напрашивается очевидный вывод: в начале прошлого века после создания вакцин и подавления возбудителей чумы, холеры, черной оспы и других эпидемий, первыми «опомнились» и начали проявлять активность ранее подавляемые агрессивными микробами такие одноклеточные паразиты, как токсоплазмы. Но со временем трихомонады, усиленно размножаясь в целях сохранения своего вида, сумели подавить токсоплазм, вероятно, еще и потому, что для последних человек не является основным хозяином, и в нем не происходит полового размножения токсоплазм. Все это и привело к росту раковых и прочих заболеваний, основным возбудителем которых является трихомонада. Что касается уродств, то в одной из первых своих работ уже я высказывала следующее предположение: стоит трихомонадам в период формирования плода «отгрызть» кусочек родового листка, и ребенок может родиться без руки или ноги либо с каким-то другим уродством. Поэтому, если бы Элла Степановна в 1970-е и последующие годы проводила анализы на трихомонаду, как это она делает сейчас с помощью люминесцентного микроскопа, то наверняка бы ее обнаружила.

Далее доктор Кривонос отмечает: «Вы видели на примере из книги: только специфическая терапия позволяет остановить развитие кардиосклероза. Точно так же и во всех остальных случаях: только специфическое лечение может остановить токсоплазмозный процесс. Если бы это было не так, то почему тогда от противотоксоплазмозного лечения повышается иммунитет? К сожалению, у меня нет таких данных относительно трихомонады. На сегодняшний день для меня несомненно, что противотоксоплазмозное лечение подавляет в какой-то степени и трихомонаду. Но в какой — остается вопросом?» Итак, со слов Владимира Илларионовича мы узнаем, что специфическая терапия, предназначенная для подавления токсоплазмоза, помогает «остановить развитие кардиосклероза и подавляет в какой-то степени трихомонаду». И это не удивительно, поскольку токсоплазма и трихомонада, вызывающая кардиосклероз, являются одноклеточными паразитами. А вот чтобы ответить на вопросы, поставленные доктором в его книге, нужны дополнительные исследования и не только лабораторные, но и клинические, чтобы не только «приостанавливать» развитие патологических процессов, но и полностью излечивать больных.

Я не согласна и с утверждением Кривоноса, что только «токсоплазма пробивает брешь в защите организма, и туда устремляются все другие представители микромира». Мы уже знаем из работ паразитологов «шестидесятников» и других исследователей, исследования и работы которых освещены в моих публикациях, что патогенные микробы, передающиеся половым путем, в свое время, особенно в период сексуальной революции, стали за счет быстрого размножения вытеснять вагинальную трихомонаду, считавшуюся паразитом полостей, из половой сферы. И та, уходя в вышележащие органы или проникая в кровеносное русло, увлекала с собой, фагоцитировав или наклеив на свою поверхность, многих из этих микробов. То же происходило с ротовой и кишечной трихомонадами. При этом наличие токсоплазм в организме человека, конечно же, осложняло адаптацию трихомонад к новым условиям существования. Но, с другой стороны, разрушая центральную нервную систему, токсоплазмы способствовали быстрейшему ослаблению сопротивляемости организма.

Поэтому и не прав доктор, утверждая: Доказывать, кто из них главнее, по-моему, бессмысленно». Однако на то и существуют биология, микробиология, медицина и человеческий разум, чтобы держать под контролем разнообразный микромир и следить за изменениями, которые в нем происходят, чтобы своевременно реагировать на его представителей и не допускать пагубного влияния на человечество. Так вот, на данный период времени, начавшийся еще в довоенные годы, главным биологическим противником человека является трихомонада! Доказательством этого является то, что имеем: мы практически вымираем от рака, инфарктов, диабета и безмерно страдаем от мужского и женского бесплодия, псориаза, рассеянного склероза, полиартритов и прочих «неизлечимых» болезней, которые по сути своей являются разными стадиями трихомоноза, осложненного сопутствующими микробами и паразитами. Другими словами, не углядели в свое время трихомонаду, а затем придали ей оскорбительный статус возбудителя полувенерического полового трихомоноза и после этого вообще перестали ее замечать, в результате чего человечество сейчас оказалось на грани вырождения и вымирания. То же можно сказать и в отношении токсоплазмы. С 1940-х годов, когда трихомонада стала проявлять себя в виде трихомонадных кольпитов, самопроизвольных абортов (выкидышей), эрозий матки, кариеса зубов и пародонтитов, гастритов и язв в зонах обитания кишечной трихомонады, пошел на убыль токсоплазмоз. В результате в медицинском мире стали забывать о токсоплазме, а психиатры, являющиеся узкими специалистами, вообще игнорируют ее. В связи с этим сняли с производства токсоплазмин и большинство лекарственных препаратов, а новые, более эффективные и менее вредные для человеческого организма, не разрабатываются.

Именно поэтому, признав на данный период времени «главенство» трихомонады, ученые должны с этих позиций продолжить изучение данного паразитического простейшего, в том числе и в плане его взаимоотношений с человеческим организмом, с опаснейшим паразитом мозга токсоплазмой и другими разнообразными патогенными микробами и паразитами. Большой интерес при этом представляют и различные изменения в процессах обмена. Например, меня заинтересовало наблюдение, сделанное Б. М. Ковалевой, которая отметила «заметное увеличение меди у пораженных токсоплазмозной инфекцией». И теперь следовало бы разобраться: накопление меди — это защитная реакция организма или нет? Нужно ли при лечении токсоплазмоза увеличивать прием медьсодержащих продуктов и препаратов либо, наоборот, снижать? Одним словом, пора уходить от бессмысленных разработок многочисленных и экспериментально не подтверждаемых теорий возникновения того же рака и развивать прикладную медицину, способную решать проблемы профилактики и лечения современных «неизлечимых» болезней.

Еще доктор Кривонос отмечает такой факт, что у людей старше 40 лет «на 20–25% отмечается повышение содержания перекисей липидов во фракциях липопротеидов низкой плотности». Данное явление, как и многое другое, он связывает только лишь с токсоплазмой и предлагает: «Было бы весьма полезным определять количество перекисей липидов у больных хроническим токсоплазмозом до и после лечения. Определять их — до и после лечения живым яйцом». Далее он говорит: «Вы это знаете, что у лейкозных больных синтез перекисей водорода в лейкоцитах уменьшен до 30% от необходимого количества. Так что вполне возможно, что образование перекисей липидов тоже в какой-то степени окажется одним из защитных механизмов». В связи с этим должна отметить, что паразитологи уже полвека тому назад доказали, что именно трихомонады способны вырабатывать стеролы, «плохой» холестерин, гликопротеиды, липопротеиды низкой плотности и многие другие вещества и ферменты. Поэтому предлагаемый доктором анализ был бы к месту и при лечении заболеваний, вызываемых трихомонадой. Однако он, как и другие подобные тесты, является довольно сложным, дорогим и дает лишь косвенное представление о развитии болезни и качестве ее лечения.

Считаю, что дешевле и вернее было бы делать анализы на наличие самих возбудителей болезней в организмах людей, причем профилактически, то есть еще до клинических их проявлений. Тогда своевременной и правильной профилактикой легче будет предотвратить сами болезни, а с этим и накопление «перекисей липидов» и пропердина в крови. И еще паразитологи в свое время отметили, что стеролы, вырабатываемые трихомонадами, способны проникать в лейкоциты и снижать их переваривающую способность, а затем и приводить к гибели. Так что снижение выработки перекиси водорода и лейкоцитах — это результат деятельности трихомонад, которых в крови лейкозных больных великое множество. И образование перекисей липидов не является «одним из защитных механизмов», а напротив, это свидетельство развития трихомонозного процесса, способного перейти в рак или какую-либо другую «неизлечимую» болезнь.

Считаю необходимым отметить еще одно заблуждение доктора Кривоноса. Например, он пишет в своей книге: «В литературе имеются единичные указания на возможность появления после применения стероидов новых обострений у людей с хроническим латентным токсоплазмозом. Это дает основание некоторым авторам считать, что кортикостероиды, временно улучшая состояние организма, не могут предотвратить новые обострения и прогрессирование заболевания в будущем. Поэтому для широкого применения при различных формах хронического токсоплазмоза гормональная терапия не может быть рекомендована. Однако учитывая, что при хориоретинитах токсоплазмозной этиологии имеется выраженный гиперергический характер воспалительных процессов, назначение кортикостероидов является обоснованным и может быть полезным при условии одновременного лечения хлоридином или спирамицином». Так вот, применение гормональной терапии, особенно половых гормонов, является подкормкой для бесполых трихомонад и других паразитов и микробов, способствующей усилению их роста и размножения. Поэтому и необходимо проводить полное обследование больных, в том числе и с целью установления природы возбудителей, вызывающих местные воспалительные процессы и заболевание всего организма, чтобы правильным лекарственным лечением их подавить.

Доктор Кривонос в своей книге неоднократно делает акцент на том, что причиной многих современных «неизлечимых» болезней является токсоплазма: «С возрастом положительные реакции на токсоплазмоз у людей уменьшаются. В то же время с возрастом буйным цветом расцветают многочисленные заболевания: поражение сердечно-сосудистой системы, органов дыхания, нервно-психической сферы, органов пищеварения, мочеполовой системы, опорно-двигательного аппарата и пр... Поражения, весьма характерные для токсоплазмозных процессов, на которые указывают многочисленные исследователи. В этом нет ничего удивительного: организм утрачивает способность к сопротивлению токсоплазме». И далее он пишет: «...токсоплазмозные процессы вызывают и грубые изменения в суставах. Нередко облитерирующий эндартериит сочетается с аденомой предстательной железы, и в таких случаях особенно заметно, что лечение противотоксоплазмозными средствами в сочетании с белково-желточной смесью оказывает эффект и на аденому, так как устраняется и задержка мочеиспускания, что, вероятно, указывает на токсоплазмозный генез развития аденомы предстательной железы. По моим наблюдениям, токсоплазмозного генеза могут быть артриты, полиартриты и остеохондрозы, которые в незапущенных случаях довольно неплохо поддаются противотоксоплазмозному лечению».

Полагаю, что доктор здесь в корне не прав. «С возрастом положительные реакции на токсоплазмоз у людей уменьшаются» именно потому, что идет нарастание трихомонадных процессов, которые и выражаются в развитии вышеперечисленных патологий. И я в своих работах уже давала обоснование паразитарно-инфекционной (трихомонадной) этиологии этих заболеваний (см. работы: «Инфаркт — это рак сердца», «Аденома, моя аденома», «Артрит-артрозная напасть», «Трихомонадные проблемы женщин», «Импотенция и бесплодие молодых мужчин» и другие) Кроме того, мне известны случаи лечения мужчин доктором Э. С. Самойловой противотрихомонадными средствами на фоне рассасывающей терапии и укрепления иммунитета, у которых не только «устранялась задержка мочеиспускания», но и значительно уменьшалась или даже рассасывалась аденома.

А то, что «артриты, полиартриты и остеохондрозы в незапущенных случаях довольно неплохо поддаются противотоксоплазмозному лечению», тоже не очень удивляет: противопаразитарные препараты наверняка обладают широким спектром действия, как, впрочем, и натуральные средства. (Так, например, отвары пижмы хорошо действуют против глистов, но при этом могут погибать и кишечные трихомонады и лямблии. Упаренный настой пижмы эффективен в борьбе с клопами, тараканами и мухами: перед применением его смешивают с сахаром и раскладывают в местах обитания насекомых. Пижму можно использовать и против моли, проложив ею одежду. И, кроме того, если у женщины произошла задержка регулярной менструации на 1–2 дня, что обычно свидетельствует о возможности беременности, то прием настоя пижмы может вновь вызвать месячные. Именно поэтому на стой пижмы противопоказан беременным и вообще внутрен-

• • нее применение пижмы требует большой осторожности. Так, недавно мне позвонила москвичка, которая в течение 2 лет принимала пижму, полынь, чистотел, и вот теперь у нее на печени обнаружена эхинококковая киста 35х27 мм, видимо, в этом выразилась самозащита гельминта от противопаразитарных трав, предлагают операцию. Поэтому она хотела более подробно узнать об описанном мною случае, когда у женщины под действием свежего капустного рассола из печени или кишечника вышел большой эхинококк. При этом сказать, действует ли пижма и какие-либо другие растения против токсоплазмы, просто невозможно, поскольку этим вопросом еще никто из специалистов не задавался. Просмотрев лучшие справочники по лекарственным растениям и фитотерапии, я не нашла в них ни одного упоминания о токсоплазме и токсоплазмозе).

То же самое можно сказать и о фармацевтических препаратах. После всех курсов проведенного мною лечения я вполне закономерно решила полечиться и от токсоплазмоза, поскольку некоторые его признаки я заметила на себе: выпадение волос в передней части головы, заметно усилившееся при проведении очистительных процедур, и набухшие веки (под бровями) у наружного края глаз. Кстати, оба эти признака, особенно второй, очень выраженный, я постоянно наблюдаю у одного из самых популярных ведущих субботнего телевизионного шоу. Однако в нескольких аптеках я вызвала только удивление, когда спрашивала о наличии таких препаратов, как: аминохолин, хлоридин, дараприн, солюсурмин, токсоплазмин. В аптеках, да и еще и не во всех, оказались только сульфадимезин и сульфадиметоксин. Первый из них мне не подошел (так показал маятник). И я стала покупать сульфадиметоксин, который принимаю уже в течение нескольких дней: З таблетки ранним утром — вскоре после гороховой капи и 2 таблетки после ужина, носящего также более щелочной характер, например, картофель, сваренный на нежирном говяжьем бульоне. Ввиду отсутствия боржоми и содовой воды запиваю таблетки кипяченой водой, подщелоченной питьевой содой — на кончике чайной ложки. И все-таки сегодня, 1 июня 2004 года, чтобы полнее прояснить положение с противотоксоплазмозными средствами, я решила дозвониться до справочного аптекоуправления Москвы. С трудом, но все-таки мне это удалось сделать, и я узнала: хлоридин и аминохолин, похоже, вообще не значатся в картотеке, дараприн и солюсурмин отсутствуют на сегодняшний день в продаже, а делагил все же можно найти в некоторых аптеках, чем я завтра и займусь. Из всего этого напрашивается вывод: отечественной медициной и фарминдустрией практически предана забвению проблема токсоплазмоза, и теперь ее нужно срочно поднимать на щит, чтобы ее решением как можно скорее занялись соответствующие специалисты. И, конечно, мы тоже не должны оставаться в стороне, поскольку являемся носителями и жертвами опасного для здоровья и разума паразита токсоплазмы.

Еще мне хотелось бы отметить следующее. Перечень вышеперечисленных мною болезней, которые я рассматривала в своих работах, — это только малая часть того множества хронических «неизлечимых» заболеваний, которыми страдают люди, и мне потребовалось бы много лет, чтобы в каждой из них разобраться и разъяснить их природу. Да в этом и нет необходимости, поскольку, повторяю, все они имеют биологических возбудителей, то есть вызваны целым комплексом паразитов и микробов, постоянной составляющей которого, по моему убеждению, является трихомонада и часто, как нас убедили специалисты по токсоплазмозу, — токсоплазма, тем более что для каждого человека этот набор возбудителей, как и его болезнь, имеет и свою индивидуальность. Поэтому, исходя из общего положения о заразности рака, сердечно-сосудистых патологий, токсоплазмоза и других «неизлечимых» болезней, при этом необходимо придерживаться индивидуального подхода к каждому больному, исходя из набора выявленных у него возбудителей и степени поражения ими организма.

Кстати, тот факт, что «при подостром токсоплазмозе выявлялись в меньшем количестве и реже обнаруживались токсоплазмы, которые чаще выявлялись в макрофагах в просвете сосудов гипоталамуса, гипофиза и надпочечников, а также вокруг участков некроза», свидетельствует об одном из видов взаимоотношений токсоплазм и... трихомонад. Дело в том, что мною уже доказано: так называемые макрофаги это не что иное, как гигантские амебовидные трихомонады, размеры которых достигают 25–30 и более микрон. А данный случай показывает, что трихомонады способны фагоцитировать ( способность захватывать) и токсоплазм. В таких случаях целесообразно проводить вначале противотрихомонадное лечение, а затем направлять удар и против токсоплазм, высвободившихся из разрушенных трихомонад.

Не согласна я и со следующим заключением доктора Кривоноса: «Наличие в гипоталамусе, коре и мозговом веществе надпочечников пролиферации (новообразование клеток) лимфоцитов и плазматических клеток можно рассматривать как проявление местных иммунных реакций организма». Дело в том, что в своем «Атласе клеток крови и паразитов человека» я показала, что так называемые малые, атипические и прочие формы лимфоцитов, размножающихся в крови и в других, не установленных для них местах организма, а также плазматические клетки — это цистоподобные, жгутиковые и амебовидные формы трихомонад. Поэтому их появление в гипоталамусе, коре и мозговом веществе надпочечников следует рассматривать не как проявление местных иммунных реакций организма, а как начало войны между паразитами за завоевание жизненного пространства в теле своего хозяина.

Но зато я впервые и с большим удовлетворением оценила достойное применение гормонотерапии. Как мы уже знаем, онкологи и другие медики очень часто при лечении больных применяют гормоны (являющиеся подкормкой для трихомонад) для снятия болей и подавления других защитных реакций организма на возбудителей болезней и тем самым способствуют их дальнейшему развитию и озлокачествованию. А вот специалисты по токсоплазмозу проводят гормонотерапию совершенно для других, правильных целей: они стимулируют выход токсоплазм из укрытий, чтобы те стали более доступными лекарственной терапии. Звучит это следующим образом: «Поскольку названные выше средства не дали ожидаемых результатов и поскольку при токсоплазмозе страдает функция коры надпочечников, мы сочли достаточно обоснованной комплексную терапию с применением токсоплазмина, обеспечивающего повышение специфической иммунологической реактивности, и преднизолона. При этом мы учитывали, что глюкокортикоиды облегчают выход микроорганизмов из клеток при внутриклеточном их расположении, способствуя более эффективному действию химиопрепаратов». И в данном случае, как я полагаю, это комплексное лечение необходимо дополнить: вначале проводится противотоскоплазмозная терапия, а затем необходимо провести противотрихомонадное лечение, с рассасывающей терапией, не забыв при этом и о выявленной сопутствующей микрофлоре — хламидиях, микоплазмах, цитомегаловирусе и других.

И еще хотелось бы обратить ваше внимание на серьезное и своевременное замечание доктора Кривоноса: «Учитывая, что больные токсоплазмозом с эндокринной патологией (ожирение, тиреотоксикоз, гирсутизм и др.) обычно обращаются к эндокринологам, а с нарушением менструально-овариального цикла и самопроизвольными абортами — к гинекологам, при импотенции — к сексологам, при эпилептиформных и вегетативно-сосудистых кризисах — к невропатологам, не говоря уже о частоте обращений больных к терапевтам и окулистам, представляется чрезвычайно практически важным, чтобы каждый практический врач был осведомлен о многообразии симптоматики токсоплазмоза. Особенно это относится к представителям вышеназванных специальностей». Однако я, в отличие от этого важного предложения доктора Кривоноса, настаиваю на большем: на необходимости того, чтобы врачи были не узкими специалистами, а профессионалами широкого профиля, имели широкий кругозор в отношении нынешних наиболее распространенных возбудителей «неизлечимых» болезней и лечили бы человека в целом, а не его отдельные болезни или, что еще хуже, — симптомы болезней. И при этом они должны не только знать симптомы современных болезней, но и иметь возможность получать в полном объеме диагностическое подтверждение заболевания и результаты анализов на наличие возбудителей болезней, а также необходимые лечебные средства и препараты.

Как ни удивительно, на в этот раз я не стала комментировать многочисленные теории возникновения рака и материал по онкологии, представленный доктором Кривоносом, за исключением нескольких небольших замечаний. В первую очередь, это могло бы касаться утверждения возможности трансформации нормальных клеток в злокачественные, что было мною теоретически и экспериментально опровергнуто почти 15 лет назад. Обо всем этом мною уже много сказано в прежних работах, и вы, читавшие их, наверняка, сами смогли определиться в данном важном вопросе. Однако я не смогла пройти мимо следующей фразы доктора Кривоноса: «Мнение, что токсоплазма является основным виновником подготовки к малигнизации, подтверждается и тем, что противотоксоплазмозному лечению неплохо поддаются мастопатии на начальных этапах развития». Другими словами, данный автор допускает возможность превращения нормальных клеток в раковые, поскольку «малигнизация — это приобретение клетками нормальной или патологически измененной ткани свойств клеток злокачественной опухоли», а «мастопатия — заболевание молочной железы, характеризующееся разрастанием железистой и фиброзной ткани»; в запущенных случаях переходит в рак. Не странно ли, что Владимир Илларионович, возмущаясь психиатрами в том плане, что они в шизофрении не увидели биологического возбудителя³ токсоплазму, спокойно относится к тому, что онкологи в упор не видят в раке его другого биологического возбудителя — трихомонаду, хотя от рака гибнет значительно больше народу, чем страдает людей от шизофрении.

Зато меня интересовало все, что относилось к создателю чудесного метода лечения живым веществом куриного яйца. Наблюдательный доктор Кривонос отмечает, что «у Г. А. Капустина больные очень быстро выздоравливали, что, по всей видимости, связано с тем, что в 1950-е годы, несмотря на трудное послевоенное время, иммунитет у больных был на значительно более высоком уровне, чем сейчас». И это верно, поскольку люди в то время вели скромный образ жизни, что практически исключало множественное заражения патогенными инфекциями, передающимися половым путем.

При этом нельзя не понять большой обеспокоенности доктора в отношении того, что даже сейчас, спустя полвека, медики, особенно в психиатрии, совершенно не интересуются изучением возможности инфекционной (инвазионной) природы психических заболеваний. Лично я объясняю это явление, прежде всего, узкой специализацией психиатров, работающих по определенным методикам и не желающих выходить за рамки полученных знаний и сверху спущенных установок. То же самое относится и ко всем другим отраслям медицины: каждый специалист лечит свою болезнь, а точнее, подавляет ее симптомы: температуру, головную или суставную боль, неврозы, кашель, насморк, жидкий стул, повышение или понижение кровяного давление, увеличение и болезненность лимфатических узлов, которые на самом деле являются сигналами о неблагополучии в организме и проявлениями его защитных реакций. Другими словами, медики не лечат, а на какое-то время подавляют и загоняют болезни внутрь, способствуя тем самым выходу их впоследствии на более серьезный и менее излечимый уровень в связи с развитием таких тканевых изменений, как появление тромбозов, проростов маточных труб, возникновение новообразований в органах, сращение суставов и т. д.

Но когда гибнут совершенно молодые люди, только что вступающие в самостоятельную жизнь, этому оправдания вообще не может быть. В связи с этим стоит лишь вспомнить описанный им трагический случай с молодой женщиной, только что вышедшей замуж и умершей на четвертый день после госпитализации. Причину ее гибели доктор Кривонос объясняет следующим образом: «Я увидел ее только при вскрытии. Кроме полнокровия и отека головного мозга с мелкоточечными кровоизлияниями, другой патологии не выявлено. Думаю, если бы специалисты знали, что хориоретинит весьма характерен для токсоплазмоза, то, возможно, и исход лечения был бы другим. Кроме того, выяснилось, что в течение года эту больную беспокоили боли в суставах, что еще больше вызывает подозрение на токсоплазмоз».

Однако боли в суставах, как правило, вызываются артритом, артрозом или болезнью Рейтера, этиология развития которых связана в первую очередь с трихомонадой и хламидией, а также другими сопутствующими микробами и паразитами. Так вот, чтобы не произошло этой трагедии, нужно было, как я уже не раз предлагала в своих работах, при подаче молодоженами заявления в ЗАГС провести полное обследование их на инфекции и инвазии, в том числе на токсоплазму, и пролечить их раздельно, с сохранением медицинской тайны. Это позволило бы своевременно оздоровить молодую женщину и обеспечить рождение полноценного потомства.

Как известно, при врожденном и бытовом заражении многие болезни проявляют себя уже с раннего детского возраста. И об этом должны помнить взрослые. При этом вызывает определенный интерес такое наблюдение доктора, как: «частые тонзиллиты в детстве — признак наличия токсоплазмоза» (тонзиллит — воспаление небных миндалин; миндалины образования, относящиеся к лимфатической системе, расположенные в различных отделах глотки и вырабатывающие лимфоциты: играют значительную роль в защите организма от болезнетворных микробов и выработке иммунитета). То же можно сказать и о заболевании почек: у моего сына, попавшего в 17-летнем возрасте в больницу с пиелонефритом почек, вырвали воспалившиеся гланды, хотя они, как мы видим, выполняли роль защитников организма от инфекций и поэтому периодически воспалялись, начиная с детского возраста. А недавно в одной из телевизионных программ о здоровье выступал доктор-гомеопат В. Живатов, который заявил, что миома, которая является кладбищем трихомонад, начинается с ангины. Все это еще раз подтверждает, насколько тесно взаимосвязаны между собой различные органы, составляющие единую систему — организм. И в данных случаях тонзиллит служил как бы первым сигналом о неблагополучии в нем. Поэтому и надо уже при первых жалобах на тонзиллит проводить полное обследование ребенка и лечить его, а не игнорировать «простую» болезнь или вырывать гланды, поскольку это в дальнейшем может привести к серьезным заболеваниям, инвалидности или преждевременной смерти по вине медиков.

Так вот, ознакомившись с трудом доктора Кривоноса, должна отметить, что Владимир Илларионович является редким исключением из этого медицинского правила. И мне понятно его праведное возмущение своими нерадивыми коллегами, «которые не понимают и не хотят понимать своего дремучего невежества». Вы слышите боль в его словах, обращенных к врачам, ответственным не только за наше здоровье, но и разум: Где же ваша критичность, господа психиатры? В течение десяти лет я пытаюсь показать вам несостоятельность вашей диагностики шизофрении, а вы даже не удосуживаетесь внимательно рассмотреть имеющиеся факты. Или же вы сознательно стараетесь калечить попавших к вам больных, чтобы не пустовали ваши стационары? Учитывая, возможно, только устные указания руководства стремиться, чтобы не пустовали ваши учреждения, такой вариант тоже нельзя исключить». Такое выстраданное обвинение наводит на мысль, что если в милиции существуют и уже разоблачаются «оборотни в погонах», то такое же имеет место и в медицине. Однако кому из руководящих медиков хватит честности и мужества не только разоблачить «оборотней в белых халатах», но и перестроить медицину, поставив ее на службу своему народу?

А ведь при этом уже не придется врачам ставить диагнозы только по внешним симптомам и прописывать препараты на впрок заготовленных рецептах. Необходимо будет перейти на полное обследование пациентов, с обязательным выявлением возбудителей заболеваний, начиная от гельминтоза и кончая последней стадией трихомоноза, например, рака, а также токсоплазмоза, хламидиоза и прочих недугов. Кстати, об этом говорит и доктор Кривонос, знающий о слабости диагностики в нашей медицине: «Чтобы не искушать судьбу, тем более при отсутствии надежного тестирования глубины патологических процессов, лучше все-таки проводить очищение организма и ликвидацию избытка патогенной микрофлоры. Как показывает моя практика лечения, с ликвидацией микрофлоры лечение дает несравненно лучшие результаты». И в этом, кстати, я вижу признание разработанного мною четырехэтапного лечебно-оздоровительного комплекса, который я уже проверила на себе. После продолжительной очистки организма, подпитки его витаминами и минеральными веществами на фоне раздельного питания и проведения 3 курсов медикаментозного лечения я приступила к четвертому этапу — рассасыванию новообразований в щитовидной железе с помощью авторских и народных методов лечения, прежде всего — чистотелом.

Параллельно с этим решила заняться и токсоплазмозом, тем более что наличие токсоплазм в моем организме было установлено по методу Фолля еще года четыре тому назад. Медики, естественно, каких-либо анализов по токсоплазме не проводят. И поэтому я вдвойне благодарна Владимиру Илларионовичу, который и меня заставил в личном плане обратить внимание на этого паразита: если уж оздоравливаться, то следует по возможности освобождаться от всех возбудителей болезней, тем более что, по его словам, токсоплазмоз — это фон, на котором развивается рак. И вот сейчас (в мае 2004 года), в перерыве между курсами приема противоопухолевого настоя чистотела я провожу противотоксоплазмозное лечение. Но о нем и полученных результатах по лечению щитовидной железы будет рассказано в одной из следующих статей, в известном вам цикле «Делюсь собственным методом очищения и лечения».

Боюсь, что доктору Кривоносу не понравятся мои поправки некоторых его умозаключений, сделанных, прежде всего, в отношении болезней, вызываемых трихомонадой. Но, как говорится, в спорах (в данном случае — в дискуссии) рождается истина. И, если я тоже оказалась в чем-то не права или не точна, то это как раз и должно стать поводом для дальнейшего более углубленного изучения данных весьма опасных и, к сожалению, игнорируемых официальной медициной одноклеточных паразитов — жгутиконосца трихомонады и споровика токсоплазмы.

В целом же, Владимир Илларионович, казалось бы, обычный периферийный врач, на деле оказался совершенно необычным. Он должен вызывать у нас восхищение и сердечную благодарность за то, что при своих скромных возможностях смог всесторонне теоретически и практически изучить опаснейшего паразита мозга токсоплазму и довести результаты и выводы, а также методы лечения до нашего сведения. И это, как нетрудно увидеть, не удалось сделать ни одному профессору, академику или высокому чиновнику, работающему в данной области официальной медицины, особенно в психиатрии. Иначе бы не пришлось доктору Кривоносу обвинять медиков в некомпетенции и взывать к их совести. А нам невозможно не согласиться с правильными выводами доктора Кривоноса, которые не хочет замечать и признавать официальная медицина: Реальность же на сегодняшний день заключается в том, что трихомонада и токсоплазма в содружестве с множеством представителей микромира являются основной движущей силой развития подавляющего количества заболеваний».

Долгих Вам лет жизни, глубокоуважаемый Владимир Илларионович! Творческих успехов в исследованиях и лечебной деятельности, а также признания Ваших заслуг в решении многих проблем токсоплазмоза!