В данном «Протоколе» моего несогласия с ведущими медиками страны в отношении природы и лечения заболеваний щитовидной железы я попробую представить свои комментарии, с которыми именитые ученые, скорее всего, не согласятся.

Во-первых, удивляет, что до сих пор в любом хроническом заболевании учеными и врачами не рассматривается биологическая его основа — преимущественно паразитарная, в то время как при острых болезнях, сопровождающихся выраженными симптомами, особенно высокой температурой, медики все-таки пытались выявлять, например, вирус гриппа, холерный вибрион или бациллу чумы. Вот поэтому я и не согласна с утверждением наших академиков о том, что «в результате недостатка йода щитовидная железа увеличивается, чтобы обеспечить организм достаточным количеством гормонов (защитная реакция)». На самом деле увеличение железы происходит по другой причине — паразитарной, а точнее трихомонадной. В организме, обедненном йодом, слабеет щитовидная железа, и туда устремляются одноклеточные паразиты трихомонады. В первое время, действуя осторожно, они разными способами уклоняются от атак иммунитета, в том числе и путем выработки фермента тилакогена, на который реагирует иммунокомпетентная соединительная ткань и на ползает на скопление трихомонад. Так образуются «трихомонадные захоронки», которые увеличивают объем щитовидной железы. В результате «защитная реакция» имеет место но в другом плане.

Во-вторых, ученые считают, что «при диффузном токсическом зобе функция железы становится чрезмерной и в кром. поступает избыточное количество гормонов». Однако в это трудно поверить, поскольку это нелогично, что заболевшая железа вдруг станет на протяжении длительного времени бес контрольно много и во вред организму вырабатывать такие гормоны, которые приводят к серьезному заболеванию человека. Объяснение данного «странного» явления следует также искать в трихомонадах. Это они, паразиты, обворовывая своего хозяина, извлекают из крови человека не только готовые питательные вещества, но и «строительные материалы» для выработки некоторых органических соединений, наиболее известным из которых является «плохой» холестерин. Так же они могут поступать, обосновавшись в ослабленной щитовидной железе и вырабатывая «плохой» гормон — аналог тироксина. Мое утверждение можно проверить экспериментально и убедиться в достоверности, поскольку именно в онкологии уже давно известно явление, которое вполне можно считать практическим доказательством вышесказанного, — это вторичный рак. К примеру, если у онкологического больного в печени обнаруживаются клетки, вырабатывающие гормоны щитовидной железы, то опытный онколог сразу констатирует: «Здесь появилась вторичная опухоль, а первичная находится в щитовидной железе». Правда, вскоре продуцирование гормонов, не характерных для печени, прекращается, и «странные» клетки становятся похожими на печеночные.

К сожалению, при этом врач ничему не удивится: такое в его практике встречается нередко. А мы, дилетанты в медицине, но здравомыслящие люди, вряд ли поверим в то, что кусок щитовидки может оторваться от материнского органа и с понятной целью неизведанными путями направиться к далекой и ранее не известной печени, которая даже не входит в эндокринную систему и где нужного сырья для вырабатывания гормонов не сыскать. Одним словом, так вести себя, как это делают «странные» клетки, могут только одноклеточные паразиты трихомонады (Flagellat), далекие предки которых первичные жгутиконосцы — стали родоначальником многоклеточности, в том числе и человека. Это трихомонады, вначале находясь в зоне щитовидной железы, мимикрировали мимикрия — сходство окраски и формы у некоторых живот-

* и растений с другими или с окружающей средой, полезное М в борьбе за существование, то есть, можно сказать, маскировка) под клетки данного органа и начали вырабатывать гормоны. Затем под влиянием каких-то причин, например, из-за него перенаселения в результате усиленного размножения образования крупной колонии-опухоли либо под влиянием иммунной атаки, часть паразитов вынуждена была отказаться от сидячего образа жизни и по кровяному руслу уйти в другую часть организма, в данном случае — в печень. Как любой паразит, трихомонады не сразу адаптируются к новым условиям жизни, поэтому, пользуясь ранее заготовленным сырьем в своих тельцах, они продолжали вырабатывать гормоны, а по истечении какого-то времени смогли вполне приспособиться к новым условиям существования.

В-третьих, при заболевании щитовидной железы врачи рекомендуют консервативное лечение, преимущественно тиреоидными гормонами, либо предлагают хирургическую операцию. Другими словами, не ведя борьбы с истинными виновниками заболевания — трихомонадами (и сопутствующей им болезнетворной микрофлорой), медики, прописывая больным тиреоидные гормоны, тем самым на какое-то время и в какой-то мере поддерживают организм больного, но при этом практически отключают от работы щитовидную железу, что не может не привести ее к полному угасанию. Помимо этого человек будет вынужден покупать в аптеке и пожизненно принимать гормон тироксин, то есть, по сути дела, он станет гормонозависимым человеком и будет нуждаться в постоянном наблюдении врача. Что касается хирургического вмешательства, то оно еще более чревато теми или иными осложнениями. Как известно, новый орган никогда уже не вырастет вновь, и, следовательно, удаление важнейшей железы неизбежно приведет к нарушению в работе всей эндокринной системы и в обменных процессах организма. Кроме того, рядом со щитовидной железой находятся голосовые связки, и операция может привести к нарушению голоса. Последнее мне знакомо и без операции. Еще недавно у меня вдруг так сильно огрубел голос, что даже хорошо знакомые не узнавали меня по телефону, и я практически утратила способность к пению. Однако мне быстро удалось справиться с этой напастью путем полоскания днем горла настоем коры осины и привязывания на ночь к горлу плодов каштана. Оба дерева являются вампирами, которые оттягивали энергию от паразитов и тем ослабляли их патогенное воздействие на щитовидную железу и, следовательно, на весь организм в целом.

В-четвертых, как вы, надеюсь, заметили, при перечислении мною основных видов зоба, помимо вышеописанных, упоминались еще узловой и диффузный (диффузия — распространение, растекание). Но этим видам зоба медики в приведенном мною тексте почему-то не уделили внимания. Однако, по моему мнению, именно узловой и диффузный зоб наиболее широко распространены, к примеру, только в одной семье (моей) встретились дважды: у моей тетушки Евгении — диффузный, у меня — узловой. А еще стоит оглянуться вокруг и увидеть, сколько ходит по земле женщин с поредевшими волосами или лысых мужчин, которым не мешало бы проверить состояние своей щитовидной железы.

У моей тетушки была «равномерно увеличена щитовидная железа», и большой зоб, можно сказать, нависал над всегда застегнутым воротником кофты. Она никогда не носила одежду с открытым воротом, стесняясь своего недуга. Однако этот зоб не был токсическим, поскольку я не припомню других характерных признаков. Причиной «доброкачественности» зоба в результате того, что трихомонады находились под надзором иммунитета, как я полагаю, являлся образ ее жизни. В отличие от Н. К. Крупской, супруги В. И. Ленина, прожившей трудную, полную лишений жизнь и страдавшей базедовой болезнью, моя тетя от рождения жила в частном доме, работала на собственном огороде и вообще большую часть своей жизни провела на свежем воздухе. Во время войны ей пришлось заниматься тяжелым трудом: она грузила тяжелые доски в вагоны. Но доски эти были преимущественно из хвойных деревьев, и они испускали живительные фитонциды — биологически активные вещества, выделяемые высшими растениями, которые способны подавлять рост и развитие болезнетворных микроорганизмов. Насколько я знаю, моя тетушка никогда не обращалась к врачам, была вполне здоровой и часто босыми ногами зимой выбегала в сени или даже на крыльцо. Да и чем бы ей в то время медики смогли помочь при большом зобе, если и сейчас наши светила медицины не способны излечить, а могут лишь, по их собственному признанию, на какое-то время улучшить состояние или приостановить болезнь? Ведь основная причина заболевания остается вне их внимания.

Однако, как свидетельствует письмо одной из многочисленных больных, опубликованное в вестнике «Здоровый образ жизни» (Nº 6, 2003), академики весьма завышают показания результативности лечения своих коллег. Другими словами, они выдают желаемое за действительное. На самом деле, неправильные и травмирующие методы лечения в официальной медицине выводят из строя и делают нетрудоспособными еще не старых людей, поскольку удаление обнаруженной опухоли не решает проблему онкологии пациента, а часто провоцирует возникновение других новообразований. В результате люди вынуждены отказываться от опасных «услуг» медицины, возглавляемой этими академиками, и переходить на самолечение по народным и авторским методам. Вот один из таких примеров.

Женщине сейчас 49 лет, однако ее хождения по клиникам и больницам начались много лет назад, в результате чего она, находясь под «постоянным врачебным контролем» стала почти инвалидом: Удалена одна доля щитовидной железы, пожизненно села на тиреоидин — дорогое удовольствие. Во второй операции удалили миому, в результате образовался свищ, который 6 лет лечится. Пропила АСД-2 (больше ничего не принимала и от тиреоидина отказалась). Ежегодно повторяю приемы АСД-2. Определенное количество капель лечит определенный орган. Дойдя до какого-то количества капель, почувствовала боль в почках — сначала в одной, затем — в другой. Но обе в одну неделю, затем прошло. Фракция укрепляет нервную систему. Начала пить с понедельника, лучше утром натощак, за 20–30 минут до еды или через 6 часов после еды. Первая неделя — 5 капель,

10 капель (в воскресенье делать отдых). Добавляла вторая каждую неделю по 5 капель, пока не закончился пузырек. Фракция (лекарство А. Дорогова) берется через закрытую пробку шприцем с иглой. Капать из шприца без иглы в кипяченую воду 50 мл. Пила чистотел очень долго, 2 года по пятницам голодала. Но стала замечать: в преддверии этого разгрузочного дня стала болеть голова. Отказалась от голодания: оно не по душе организму. С октября прошлого года по июль пила водку с маслом один раз в день, на ночь, — действует не хуже аппарата "Элиан"

Еще нескольким женщинам занесли «грязь» во время операции. Как такое может быть в стерильных условиях? (Полагаю, что не при хирургическом вмешательстве врачи заносят «грязь» извне в организмы пациентов, а осложнения у женщин, в том числе и свищ у автора письма, возникли потому, что делаются операции на «грязных» пациентах, то есть предварительно не очищенных и не излеченных от паразитов и микробов. Поэтому после операции, ослабляющей организм, поскольку его защитные силы направляются на заживление раны, оставшиеся многочисленные возбудители болезни активизируются. В результате возникают различные так называемые осложнения, в том числе и свищ / фистула/, который, по медицинским справочникам, считается патологическим каналом, соединяющим очаг заболевания /гнойник, опухоль/ с поверхностью, как в данном случае, или полостью тела. А по моему разумению, свищ — это проявление защитной реакции ослабленного организма, который не способен уничтожить возбудителей болезней, но пытается через созданный им канал хотя бы выбросить их вон. Через него наружу выбрасываются отмершие клетки, ослабленные паразиты и микробы и, конечно, гной, представляющий собой не что иное, как скопление погибших лейкоцитов, отчаянно боровшихся, но не сумевших победить своих врагов. И уж, поверьте, а ученые это должны отлично понимать, что паразиты и микробы, отлично приспособившиеся к существованию в теле человека и живущие по закону «Быть!», не будут рыть специальные каналы, чтобы покинуть своего хозяина и оказаться беззащитными «на улице». Так вот, если бы свищ не возник, то вполне вероятно мог бы начаться сепсис или перитонит, возможно, с летальным исходом. Следовательно, нужно не свищ лечить, а убирать главную причину его появления — паразитов и микробов, предварительно проведя анализ крови и соскобов с шейки матки и уретры на их наличие. Естественно лечение должно проводиться одновременно с супругом. — Т. Я. С.)

От инвалидности отказалась, не чувствуя себя им. Стараюсь делать зарядку, подбираю упражнения для растяжки позвоночника — пояснично-кресцовый остеохондроз, делала ванночки для глаз. Эффект был, начала работать на компьютере без очков, но стало хуже. Снова взялась за водные процедуры. Делаю зарядку для глаз. Утром пью по стакану горячей воды с ложечкой меда. Сейчас воду заменила на отвар морковной ботвы. Два года пила запаренные веточки и листья смородины вместо чая». А теперь, возвращаясь к разговору о своей любимой тетушке, хочу сказать: очень жалею о том, что в то время я вообще ничего не знала ни о щитовидной железе, ни о причинах возникновения зоба, иначе бы чем-то попыталась помочь. Кстати припоминаю, что, пожалуй, всю пищу, особенно хорошо запомнились выпекаемые ею белый хлеб и булочки, тетушка никогда не солила. Видимо, кто-то ей сказал, что соль (точнее, содержащийся в ней хлор) вредна при зобе, но никто не подсказал о пользе йода.

Что касается моего узлового зоба, который я сейчас самостоятельно лечу в домашних условиях, без отрыва от основной работы — написания этих статей, то дополнительный литературный поиск по медицинской литературе пока проводить не буду, поскольку уверена: ничего существенного и важного для эффективного лечения своего недуга я там не найду. И это неудивительно, поскольку многим понятно, что под словом «узел» скрывается страшное слово «опухоль», которая, будучи вначале доброкачественной, может перейти в злокачественную. А какими травмирующими методами и насколько безуспешно онкологи лечат рак, всем известно. Лучше уж я сама постараюсь...